Стоять столбом не было никакого смысла: люди в туниках долго терпеть неповиновение не станут. Поэтому Карташов тоже сделал два быстрых шага к краю пропасти. Но не прыгнул — остановился. Глянул вниз.
И успел увидеть, как исчез Гивенс. Только что падал камнем, закрыв голову руками, — и нет его.
Андрей мгновенно вспотел.
Неужели Эдвард прав? Неужели отчаянный прыжок — путь к спасению? Но убедиться в правоте товарища можно только… Ну уж нет! Самоубийцей он не станет, пусть сталкивают…
Не оборачиваясь, Карташов сделал шаг назад, потом другой, ожидая, что вот-вот в спину ему упрется острие «копья».
Однако никто не попытался принудить второго пленника последовать за первым. И тогда Андрей оглянулся.
Он был один-одиношенек. Воинов с «копьями» и след простыл. Только камни кругом…
Карташов перевел дыхание и уселся на ближайший валун.
За столь короткое время воины никак не могли уйти. Разве что улететь. Однако в лиловом небе не наблюдалось ничего, кроме сгущающихся туч.
Оставалось предположить, что воины были порождены либо самим Гивенсом, либо чем-то (или кем-то), непостижимым образом связанным с Эдвардом.
К примеру, извлечены из генетической памяти американца…
Андрей оторвал зад от валуна и вернулся к обрыву.
Но заставить себя прыгнуть так и не сумел.

В душе Николая Цурюпы в последние дни жило какое-то странное томление. То ли он скучал по жене — Светка уехала на время отпуска к маме, — то ли по выпивке…
Впрочем, последнее — вряд ли! С некоторых пор тяга к спиртному исчезла напрочь. Поначалу это поражало, но вскоре Цурюпа привык. Оказалось, что жить трезвенником вполне возможно. И даже очень неплохо. К нему вернулся прежний авторитет, он снова был у начальства на хорошем счету, выполняя конструкторские задания быстро, точно и остроумно.
Вот только казалось теперь Николаю, что он занимается не своим делом…
А в чем заключается свое — Цурюпа понятия не имел.
Космос был его мечтой с юности. Именно поэтому он поступил в Бауманку и закончил это учебное заведение, занимающееся подготовкой специалистов для российской космонавтики. Правда, здоровье не позволило ему поступить в отряд космонавтов, и пришлось ограничиться конструированием корабельных систем.
И вот теперь он словно находился на распутье. Знать бы еще, что написано на сказочном камне… Направо пойдешь — генеральным конструктором станешь, налево пойдешь… Куда же попадешь? И где это распутье?..
Ладно, надо ложиться спать. Завтра будет сложный день…
…Проснулся он от ощущения, что находится в спальне не один. Открыл глаза, прислушался…
Часы на стене показывали три ночи… Зеленые циферки чуть померкли в отраженном от потолка свете фар проехавшей за окном машины. Когда шум двигателя стих, поблизости послышался странный звук. Не то шорох, не то шуршание. Как будто мышь грызет пакет с крупой… Вот только лежит этот пакет не на кухне, а совсем рядом! Чуть ли не под боком…
Николай сел, свесил ноги с кровати, включил ночник на тумбочке… И тут же снова закинул ноги на кровать.
Черт возьми, это еще что за дьявольщина?!
На ковре перед кроватью сидел паук.
Да не простой крестовик, каких в наших местах пруд пруди. Это оказался гигантский паук — размером с суповую тарелку. У паука было два глаза, расположенных почему-то на стебельках, будто у краба. Хелицеры его равномерно двигались, и именно их движение порождало этот шорох-шуршание.
Смотрел паук на Цурюпу. Взгляд его блестящих глаз притягивал.
Николай не выдержал и накинул на ноги одеяло. Как будто искусственный пух мог защитить его от этого монстра…
— Кыш отсюда! — сказал Цурюпа и вздрогнул от звука собственного голоса.
И тут же страх исчез.
Паук словно ждал этого. Он развернулся и побежал вдоль кровати, исчез за спинкой, появился с другой стороны и устремился к двери в коридор. Скрылся за дверью.
Николай не шевелился, соображая — не галлюцинация ли?
Паук вновь появился на пороге. Глаза на стебельках опять уставились на хозяина квартиры.
Так прошло несколько секунд. Потом паук снова удрал в коридор. И в очередной раз возник на пороге.
Как будто звал за собой…
За окном проехала еще одна машина.
— Дьявольщина какая-то… — пробормотал Цурюпа. — Чего тебе надо? Ты еще лапой мне помаши…
Лапой паук не помахал. Но снова выскочил в коридор.
Страха по-прежнему не было.
Николай встал с кровати, напялил штаны, которые обычно носил дома, сунул ноги в тапочки и пошел к двери.
Шагнул в коридор.
Бра на стене, естественно, не горело, но света от уличных фонарей, льющегося через дверь кабинета, вполне хватало, чтобы не чувствовать себя слепым.
Стебельки паучьих глаз чуть изогнулись, и взгляд их по-прежнему был направлен на Цурюпу.
Убедившись, что хозяина удалось выманить из спальни, паук развернулся и с тихим топотом помчался по коридору. Шесть его лап так и мелькали. Разогнавшись, он на полном ходу врезался в дверь ванной… Нет, не врезался! Тело его пронеслось сквозь дверное полотно, будто это было не полновесное дерево, а призрачная голограмма.
Страхом так и не пахло.
Цурюпа ринулся следом. Однако перед самой ванной затормозил. Просто представил себе, какой силы удар ждет его, если на месте голограммы все-таки окажется дерево. Сломанный нос и сотрясение мозга, полученные при обстоятельствах, которые медикам и не объяснишь. Пьяная драка неведомо с кем?..
Николай протянул руку и коснулся двери. Нет, не коснулся — пальцы прошли через дерево, будто сквозь туман.
И тогда он шагнул вперед.

Карташов сидел на камне и размышлял.
Над ним висело знакомое лиловое небо, то и дело вспыхивающее зарницами. Быстро темнело. Видимо, надвигающаяся гроза становилась неотвратимой, как смерть.
Что-то надо было делать. Не сидеть же тут на камнях, ожидая неведомо чего!
Лучше всего бы попытаться отыскать тропинку, ведущую вниз, на зеленую равнину. Однако в непогоду такое путешествие и на самом деле могло привести к неотвратимой смерти.
Может, вернуться к реке? Перевернуть лодку, залезть под нее и переждать непогоду? Река-то неподалеку, рев водопада слышен…
Впрочем, нет! Дорога назад, пожалуй, еще более опасна. Тоже загремишь костями так, что мало не покажется!
Карташов встал и снова подошел к обрыву. Теперь дно пропасти скрывалось во мраке, и зеленая равнина даже не угадывалась.
— Не стоит! — раздался сзади спокойный голос.
Андрей отшатнулся от края пропасти и обернулся. Шагах в пяти от него стоял мужчина с обнаженным торсом. Выглядел он ужасно нелепо — всклокоченные нечесаные волосы, домашние штаны и шлепанцы на босу ногу. Как будто из больницы сбежал, да так быстро, что позабыл прихватить пижаму…
Да и смотрел он на Карташова с достаточно обалделым видом. Словно прислушивался к самому себе. Но уже через пару мгновений лицо его стало спокойным, будто он сообразил, что тут происходит.
— По-русски понимаете?.. Впрочем, что это я? Конечно, понимаете.
Карташов подошел к нему, присмотрелся.
Нет, этого человека он не знал. Похоже, речной мир решил сыграть со своим обитателем в очередную игру.
— Почему вы так решили?
— Потому что я вас знаю. — Мужчина улыбнулся. — Вы Андрей Карташов из экипажа, летящего сейчас к Марсу.
— А вы кто?
Мужчина с готовностью ответил:
— Меня зовут Николай Цурюпа. Я работаю в ЦУПе-М.
Это вполне могло быть правдой: из «цуповцев» Карташов знал только нескольких человек.
— Как вы здесь оказались, Николай?
Цурюпа пожал плечами:
— Понятия не имею. Вошел в ванную в собственной квартире, а оказался вот тут. — Он коротко оглядел окрестности. — Где это мы?
Спокойствие его поражало. И последний вопрос с этим спокойствием совершенно не вязался.
Спокойными бывают люди, знающие, куда попали.
Чертовщина какая-то. Впрочем, не первая и, надо полагать, не последняя…
— Мне кажется, вы прекрасно знаете, где мы.
— Нет, Андрей, не знаю. Зато мне известно, что я должен сделать. — Цурюпа сделал ударение на слове «известно» и снова улыбнулся. — Хотя откуда, понятия не имею. Дайте-ка мне вашу руку.
Чертовщиной больше, чертовщиной меньше!..
Карташов позволил гостю прикоснуться к себе.
И тут его скрутило.
Он больше ничего не видел и не слышал. Кругом была адская боль. И там, где глаза, и там, где уши, и там, где губы. По всему телу. Боль, боль, боль… Даже в мыслях.
Карташов тысячу раз умирал от нее, но она не позволяла ему уйти. Снова и снова вытаскивала его из лап смерти, и с нею ничего нельзя было поделать. Он пытался кричать, но и вместо крика была боль. Боль, Боль и Боль… Именно так звали эту стерву, и ее совершенно нельзя было стерпеть!
Потом стерпеть стало можно.
Потом он услышал легкое гудение. Стало щекотно возле носа.
А потом он стал видеть.
Перед лицом была рука. На вид человеческая, но не совсем — от нормальной руки не проистекает странное пульсирующее фиолетовое сияние, устремляющееся к его глазам…
Боль стала еще меньше.
Нечеловеческая рука ушла от лица Карташова и переместилась на грудь. Теперь щекотно стало там. Обнаружилась и вторая рука — рядом с первой.
Андрей прищурился и разглядел склонившегося над ним Цурюпу.
А потом понял, где находится.
Вокруг не было речного мира. Вокруг был знакомый медицинский блок родного «Ареса». Попискивала и подмигивала светодиодами аппаратура, созданная земными эскулапами, шуршал вентилятор…
Цурюпа смотрел на Карташова, и теперь на его лице не было ни следа улыбки. Только усталость. Даже не усталость — полное измождение…
«Да он же вылечил меня! — понял вдруг Андрей. — И если это чертовщина, то слава ей!»
— Ты вылечил меня? — Карташов даже не удивился своему переходу на «ты». — Кто ты такой, Цурюпа?
Цурюпу качнуло.
— Кажется, теперь придется лечить меня, — сказал он. И исчез.
А у Карташова зачесалось все тело.

Придя в чувство, Цурюпа обнаружил себя лежащим возле двери в ванную.
В коридоре было светло: судя по всему, уже наступило утро.
«С кем это я так вчера надрался?» — удивился он.
С трудом поднялся на ноги, открыл дверь, цепляясь за косяк, добрался до умывальника. Глянул в зеркало.
Под глазами черные полукружия, лицо изможденное, покрасневшие белки…
Ну и рожа! Краше в гроб кладут! Литр, что ли, вылакал вчера?
Трясущимися пальцами с трудом открутил кран холодной воды, плеснул пригоршню в лицо.
Не полегчало.
— Кто же это тебя так напоил? — спросил он собственное отражение.
Ответа, естественно, не получил.
И вдруг вспомнил, что больше не пьет.
А потом — и все остальное, случившееся этой ночью.
Пошатываясь, добрался до спальни.
Паука на ковре не оказалось.
Из-под кровати выглядывали весы — Светка купила, когда в очередной раз озаботилась собственной фигурой. И мужа приучила взвешиваться по утрам.
Повинуясь неожиданному желанию, Цурюпа выволок весы на середину спальни и взгромоздился на них.
Ни хрена себе! Минус семь килограммов по сравнению с позавчерашним днем! Похоже, все случившееся ночью вовсе не было плодом воспаленной от воздержания фантазии…
Часы на стене показывали восемь.
Пора и на работу.
Он задвинул весы под кровать и вернулся в ванную. Почистил зубы, умылся. Снова глянул в зеркало.
Вспомнил, как однажды, когда он еще пил, с ним пытался познакомиться какой-то тип. О нем даже пришлось сообщить сотрудникам Федеральной службы безопасности, и пару раз таскали на беседу. Правда, без последствий… А потом водка перестала пьянить, как будто изменился обмен веществ.
— Дьявол тебя возьми, Цурюпа! Кто же ты такой?
Отражение в зеркале молчало.

Ирина Пряхина сидела за столом в своем рабочем кабинете и шерстила сеть на слово «Ангар».
Поиск был весьма результативным — на русском более пяти миллионов упоминаний.
Надо вводить дополнительные критерии поиска. Но какие?
Она задумалась.
Не зря же президент задал вопрос, знает ли она про объект «Ангар»! Надо понять, о чем шла речь. Не стоит оставлять за спиной неизвестные объекты…
Ирина запустила поиск по словосочетанию «Ангар ЦУП-М».
Ага, тут упоминаний всего около тысячи. И немалая их часть выводит на сетевой литературный фантастический проект «Вперед, к Фаэтону!».
Надо же! Какой-то щелкопер уже затрагивал тему…
У него, правда, речь не о марсианской экспедиции, но полное совпадение оказалось бы совсем удивительным. Хотя, помнится, встречались в прошлом такие случаи. Одного американского фантаста как-то раз чуть не обвинили в разглашении государственной тайны…
Впрочем, фантастику мы сейчас читать не станем — не до того! Поищем упоминания, связанные с реальностью!
Она запустила скроллинг на малой скорости, чтобы успевать прочитывать ссылки.
И тут комп подал сигнал, означающий, что в личный почтовый ящик госпожи Пряхиной «упало» электронное послание.
Ирина открыла письмо, и глаза ее округлились от испуга.

Добавить комментарий

Комментарии


vchernik 23 декабря 2010 г., 12:37

"Чертовщина какая-то. Впрочем, не первая и, надо полагать, не последняя…"


kraamis 23 декабря 2010 г., 14:21

Хорошо!


Анонимный 23 декабря 2010 г., 15:49

Ну что ж, становится все интереснее читать!
Авторы отметают всякую мистику и приходят к единому инструменту: нуль-транспортировка голограмм (можете назвать иначе) - это круто и в таких масштабах лично мне раньше не встречалась. Интересно, все загадки будут раскрываться по мере повествования или же откроются в последней главе, как в хорошем детективе? Ох, не завидую я тогда автору последней главы... Или для завершающего удара потребуется коллективное творчество всей команды?
P.S. Пора бы уж и вспомнить про китайцев! ;)


Анонимный 24 декабря 2010 г., 17:05

"Бедные" китайцы -- на Аресе проблемы, а у них "тишина! -- и только ... вдоль дороги стоят"

Один из Анонимов


Анонимный 27 декабря 2010 г., 13:21

Кажется авторы зажгут с китайцами сценарий в котором те спасут Арес... типа китайцы спасательный круг в космосе.
Поэтому с ними ничего не должно произойти.

dr_efa


Андрей 29 декабря 2010 г., 10:49

Вах бедний китайцы. Опять забыли? Интересно, они там тоже глючат как и наши космонавты?)))) У китайцев свое кино наверное пишут))


Анонимный 5 января 2011 г., 8:19

С Новым Годом! Однако хоре уже праздновать. Отшень почитать хочется новый эпизод... А то уже и до ломки не далеко ;)

Kot aka theKatso


Анонимный 14 января 2011 г., 11:14

Уважаемые авторы! Пора бы уже и выходить из затянувшихся выходных ;) Заждались мы тут уже все, поистомились, ведь три недели прошло после последней главы!


Анонимный 12 февраля 2011 г., 16:43

У пауков ВОСЕМЬ лап! Шесть лап у насекомых...

Все авторы