Чжан Ли закончил вычисления и довольно улыбнулся.
— Скорость снова на одиннадцать процентов выше расчетной!
Чжан Ли посмотрел на напарника.
Ху Цзюнь сидел в кресле, пристегнутый ремнем. Колени поджаты, руки сложены на груди. Взгляд устремлен в пустоту. В космический мрак за стенами корабля.
— Эй! — Чжан Ли тряхнул напарника за плечо.
Не добившись никакого результата, несильно ударил ладонью по щеке.
Затем — еще раз, сильнее.
— А!
Ху Цзюнь вскинул голову. Будто его выдернули из сна. Или откуда поглубже. Невидящий взгляд скользнул из стороны в сторону и сполз на пол.
— Ай-яй-яй… — глядя на товарища, произнес негромко Чжан Ли.
Ху Цзюню наконец-то удалось сфокусировать взгляд. Сначала на приборной консоли. Затем он посмотрел на Чжана Ли.
Вот что ему сейчас хотелось видеть меньше всего, так это лицо товарища. Но от него никуда было не деться. Они были заперты в жестяной коробке. Закупорены. Запаяны, как рыбки в масле. Две маленькие, несмышленые рыбки. Вот только неясно, кому их подадут на стол?
— Снова? — только и спросил Чжан Ли.
Выражение лица и взгляд его были укоризненными.
— Нет, все в порядке.
Ху Цзюнь тряхнул головой и даже попытался улыбнуться. Но получилось у него это не очень убедительно.
— Что на этот раз? — спросил Чжан Ли.
— Я просто задумался! — Ху Цзюнь нервно дернул подбородком.
Он и сам еще не до конца понимал, что с ним произошло.
— Шлем в порядке?
Чжан Ли протянул руку, чтобы проверить, не сел ли аккумулятор в облегающем голову Ху Цзюня защитном шлеме. Но Ху Цзюнь довольно резко оттолкнул его руку в сторону.
— Со мной все в порядке! — почти выкрикнул он.
— Я знаю, — попытался успокоить его Чжан Ли. — Так и должно быть. С нами обоими все в порядке. Мы прошли подготовку. Мы были лучшими. Поэтому послали именно нас. Партия и правительство доверили нам эту ответственную миссию. И мы не можем, не имеем права их подвести.
Он повторял это уже много раз. Не слово в слово, но по смыслу — одно и то же. Не столько для Ху Цзюня, сколько для себя самого. Чжан Ли чувствовал, что тоже находится на грани срыва. И кто из них первым потеряет над собой контроль — это еще вопрос.
— Нужно принять лекарство.
Чжан Ли открыл дверцу аптечки, взял прилепленную к стенке магнитную тубу, отвернул крышку и несильно ударил пальцем по донышку, чтобы достать капсулу.
Взмахнув рукой, Ху Цзюнь выбил тубу из его рук.
Красно-белые продолговатые капсулы с лекарством разлетелись в разные стороны.
Чжан Ли почувствовал, как его захлестнула злость.
Злость на Ху Цзюня, на себя самого, на тех, кто их сюда послал…
Чжан Ли стиснул кулаки. Но тут же снова расслабил руки.
Он умел контролировать эмоции.
Но как долго он еще сможет сдерживаться?..
Чжан Ли поймал медленно вращающуюся вокруг продольной оси тубу, зажал ее в кулаке и принялся другой рукой ловить плавающие в воздухе капсулы. Полностью сосредоточившись на этом занятии, он больше ни о чем не думал.
Абсолютно ни о чем.
Вдруг он увидел, как прямо из переборки вышла маленькая девочка. Его младшая дочь Юн. Ей исполнилось семь лет за три недели до старта «Лодки Тысячелетий».
— Здравствуй, папа! — радостно улыбнулась Юн.
— Здравствуй, малышка, — мысленно ответил ей Чжан Ли.
Они с Ху Цзюнем давно уже уяснили, что с призраками можно общаться мысленно. Так было удобнее. Потому что призрака видел только тот, кому он являлся.
— Чем ты занимаешься? — с интересом наклонила головку Юн.
— Делаю гимнастику, — ответил Чжан Ли и для наглядности пару раз согнул и разогнул руку в локте.
Он не был сумасшедшим и прекрасно понимал, что перед ним вовсе не его дочка Юн.
По первому времени и он, и Ху Цзюнь пытались расспрашивать призраков, старались выяснить, кто они и зачем приходят. Но это не дало никаких результатов. Призраки просто игнорировали их вопросы. И тайконавты стали относиться к призракам так, будто они действительно были теми, кем казались. Иначе можно было сойти с ума.
— Когда ты вернешься домой, папа? — спросила Юн.
— Не очень скоро, дорогая… — начал было Чжан Ли.
Он хотел рассказать девочке о полете к далекой красной планете, о том, почему он согласился туда лететь и чем все это должно закончиться. Но она перебила его.
— Ты не вернешься, — произнесла она уверенно и даже жестко.
— Почему ты так говоришь? — Чжан Ли был настолько ошарашен, что произнес эти слова вслух.
Ху Цзюнь искоса глянул на него, усмехнулся, но ничего не сказал.
— Ты останешься на Марсе навсегда, — так же безапелляционно заявила Юн.
— Нет, ты ошибаешься…
— Я не могу ошибиться.
— Ты не знаешь всего…
— Я знаю всё.
— Послушай, Юн…
Чжан Ли протянул к девочке руку.
Вот этого-то делать и не стоило. Призраки избегали физического контакта с людьми.
— Не буду слушать! — капризно выкрикнула Юн, сделала шаг назад и исчезла за переборкой.
Чжан Ли озадаченно прикусил губу.
Что должны были означать слова призрака?
Имелся ли в них хоть какой-то смысл?
Думать об этом было бесполезно. И Чжан Ли снова принялся ловить капсулы с лекарством.
Он не знал, не мог для себя решить, что лучше — думать или не думать о том, что происходит на корабле? И Ху Цзюнь тоже не знал. Сначала они разговаривали об этом, пытались вместе понять, выработать какую-то общую стратегию. Но потом перестали. Потому что все это было совершенно бессмысленно. Или, по крайней мере, казалось таким.
За две недели до старта, когда они уже находились в изоляторе, их поставили в известность о секретном эксперименте, который проводили китайские ученые. На поверхности Марса был обнаружен таинственный объект, получивший название «Око Силы». Что он собой представлял — загадка. Но почти не возникало сомнений в том, что объект имел искусственное происхождение. «Око Силы» являлось источником узконаправленного гравитационного луча с переменными показателями. Получить какую-то осмысленную информацию, анализируя перепады интенсивности луча, исследователи не сумели. Однако им удалось, посылая сигнал со спутника, на время изменять направленность луча «Ока Силы».
Само собой, «Око Силы» и должно было стать главным объектом исследований марсианской экспедиции. Но это еще не всё — китайские ученые придумали, как можно использовать силу гравитационного луча, чтобы существенно увеличить мощность двигателя космического корабля, направляющегося к Марсу. Испытать созданное ими устройство можно было только в условиях реального полета. Ученые не сомневались, что у тайконавтов все получится.
И у них действительно получилось!
Направление луча было нестабильным. Но в те часы, когда луч оказывался точно сориентирован по оси движения корабля, мощность двигателей «Лодки Тысячелетий» возрастала на 8—12 процентов!
Китайская наука в очередной раз доказала, что в мире ей нет равных!
Однако, как выяснилось, не были учтены два существенных момента.
Когда «Лодка» впервые оказалась сориентирована по лучу «Ока Силы», тайконавты с ужасом обнаружили, что внешний мир перестал существовать. Исчезло все, что находилось за пределами корабля. Умолкли все приборы связи, отключились средства навигации. И продолжалось это ровно до тех пор, пока луч не ушел в сторону — туда, где находился русский звездолет «Арес».
Связавшись с Землей, тайконавты узнали, что все это время их корабль не был виден на радарах.
Со временем Чжан Ли и Ху Цзюнь к подобному привыкли. И даже посмеивались, слушая переговоры русских с Землей. Те никак не могли понять, куда то и дело исчезает китайский корабль.
Серьезной проблемой стала вторая особенность луча «Ока Силы», о которой прежде никто не знал.
На Земле ученые предполагали, что этот луч может оказать некое воздействие на отдельные функции головного мозга и психику тайконавтов. В целях защиты были разработаны специальные шлемы, которые тайконавты надевали всякий раз, когда корабль оказывался на оси излучения. Быть может, мозг шлемы и защищали, но, независимо от этого, психика тайконавтов шла вразнос.
Причиной тому стали призраки, которые регулярно появлялись на корабле в момент его контакта с гравитационным лучом. Это были образы родных, друзей и знакомых, оставшихся на Земле. А то и умерших много лет назад.
Поначалу каждый из тайконавтов считал, что призраков видит только он один. Объяснений этому явлению можно было найти множество. Начиная с постоянной стрессовой ситуации и заканчивая воздействием на мозг все того же гравитационного луча. Но со временем стало ясно, что призраки — это явление совершенно иного порядка. Расстройство психики было не при чем. Призраки существовали как объективная реальность на субъективном уровне восприятия.
Сообщив на Землю о том, что происходит на корабле, Чжан Ли и Ху Цзюнь получили указание дословно записывать беседы с призраками и пересылать их руководству. Тайконавты делали то, что им было приказано. Но никто не мог знать, насколько откровенны были они в своих отчетах. Каждый видел только собственных призраков и не видел призраков другого.
Догадки относительно природы «гостей» и цели их визитов так и оставались догадками. А товарищи по полету становились все более скрытными. Почему-то со временем обоим стало казаться неудобным обсуждать с коллегой свои беседы с призраками. Как будто они касались какой-то очень личной, может быть, даже интимной сферы. Хотя на самом деле это было совсем не так. Как правило, разговоры с призраками носили общий, совершенно не обязательный характер. Что-то вроде болтовни ни о чем. Обмен стандартными, ничего не значащими фразами.
Тайконавты все более замыкались в себе.
Любая попытка одного из них пойти на контакт, чтобы если не сломать, так хотя бы проделать брешь в выросшей между ними стене отчуждения, как правило, заканчивалась вспышкой ненависти со стороны другого.
Каждый понимал, что это нехорошо. Что подобное отчуждение, когда их всего-то двое, может плохо, очень плохо закончиться. Даже если постоянно глушить себя транквилизаторами. Запас которых, кстати сказать, был тоже не беспределен. Но ни один из них не мог ничего с собой поделать.
И от этого обоим становилось только тяжелее.
— Извини меня, — произнес негромко Ху Цзюнь, низко наклонив голову. — Я поступил нехорошо.
— Понимаю, — Чжан Ли улыбнулся и протянул Ху Цзюню тубу с лекарством.
— Нет, — решительно мотнул головой Ху Цзюнь. — Думаю, мне это больше не нужно.
— Я тоже так думаю. Но продолжаю принимать лекарство. — Чжан Ли встряхнул тубу и поднес ее к уху. — Что у нас сегодня на обед? — спросил он товарища.
— А что ты хочешь? — поднял на него взгляд Ху Цзюнь.
— Рисовую лапшу с говядиной в кисло-сладком соусе. — Чжан Ли блаженно закатил глаза, поднял руку и сложил пальцы так, будто держал ими палочки. — Лапши! Пол-Марса за лапшу!
Глядя на него, Ху Цзюнь тоже улыбнулся.
Нет, подумал он, они все еще оставались командой. Отлично подготовленной и крепко сбитой. И у них были все шансы успешно завершить возложенную на них миссию. Сейчас он верил в это так, как никогда.
Неожиданно Чжан Ли перестал улыбаться.
— Я сегодня разговаривал с дочерью, — сказал он.
— С которой из них?
— С младшей, Юн. Она сказала, что я не вернусь с Марса.
Еще не закончив говорить, Чжан Ли уже начал жалеть о сказанном.
Он поддался секундному порыву. Захотел разделить с другом свою грусть.
Глупо.
Слова призрака не прибавят уверенности ни ему, ни Ху Цзюню.
Глупо.
К его удивлению, Ху Цзюнь вовсе не расстроился. Даже наоборот: он улыбался легко и искренне. Чжан Ли забыл, когда в последний раз видел такую улыбку на лице друга.
— Что бы ни говорил твой призрак, Чжан, все будет хорошо. Это говорю тебе я.
— Я тоже так считаю, — быстро согласился Чжан Ли. — Но… — Он немного растерянно взмахнул руками. — Откуда такая уверенность?
Ху Цзюнь хитро прищурился.
— Пока ты занимался корректировкой скорости, я был на борту «Ареса».
— На «Аресе»? — растерянно переспросил Чжан Ли. — На русском корабле?
— Не спрашивай, как это может быть, я и сам не знаю. Но я там точно был!
— Хорошо, — не стал спорить Чжан Ли. После всего, что случилось на «Лодке Тысячелетий», он во многое готов был поверить. — Ну, и как там?
— Русские вскрыли секретный складской модуль. И кое-что нашли.

Добавить комментарий

Комментарии


anthony-aka-gpx 28 января 2011 г., 14:12

Интересный ответ на загадку предыдущего участника и наконец-то кое-что новое о полете тайконавтов. Как мы узнаем, у них как и у "Ареса" не все гладко - хоть не так обидно за злоключения главного экипажа романа!
Судя по концовке, в следующем эпизоде будет сказано, что же все-таки в секретном складском модуле, а это на данный момент одно из самых таинственных обстоятельств.


Анонимный 30 января 2011 г., 11:08

все тайное становится явным ))
dr_efa

Все авторы